Новости из Берлина: ЗАПАХ КИНО |
| 15-02-2012 03:38:29 | |
Пожалуй, в отношении к фильмам, как ни парадоксально это звучит, можно применять такое чувство восприятия действительности, как обоняние. К примеру: этот фильм пахнет потом. Ты чувствуешь, что он был сделан с трудом, в противоборстве с продюсерами и самим автором. А этот пахнет деньгами. Ради них сделан, ими же и умоется. Есть картины, сделанные как диагноз автора самому себе. От них пахнет клиникой. Ну, ощущения варьируются от крепкого запаха свежепойманной рыбы (как в неореализме) до амбре ароматизированных презервативов в молодежных комедиях.
Очень редко встречаются ленты со своим собственным запахом. Это веяние свежести. Ощущение желания сделать фильм похожий – и не похожий. Приятный – и трагичный. Собственно фильм, о котором думали, а не просто так слепили один эпизод с другим.
Таким оказался фильм «Табу» Мигеля Гомеса. Название картины – это не термин запрета. Это просто гора, которая так и называется. Она в Африке. Лента делится на две части – потерянный рай, наше время, Лиссабон, истинный рай – Африка, сороковые года прошлого века.
Фильм построен, как «обманка». В течении первых сорока минут с него ушли многие зрители: черно-белое повествование о жизни обычной старухи Алисии, старческий бред которой то вызывает обезьян, в образе мужа, то крокодилов, то возможный невероятный выигрыш в казино. Выигрыш оказывается проигрышем, бред – реальностью. С невероятной простотой, как фокусник, режиссер фильма переносит нас в другую реальность, озвученную лишь высокопарным языком любовника Алисии более чем полувековой давности. Там происходят главные события, но они немы. Лента при всей ее простоте совершенно не проста. Ум пытливый найдет в ней многие смыслы. Привлечет и музыку, и престарелого художника, и, возможно, найдет исторические пунктиры: Португалия, Африка, Вторая мировая война… Тем более, что картина с удовольствием принимает все эти трактовки, и предлагает их еще больше. Но притягательность этого фильма оказывается совсем в другом. От него хорошо пахнет – как от свежесорванной клубники, или просто от ветки бузины, которую случайно задел плечом – и на сломе соцветий вдруг возникает что-то другое, а не просто запах. Саша Киселев Берлин, 15.02.2012 |
| « Пред. | След. » |
|---|

Пожалуй, в отношении к фильмам, как ни парадоксально это звучит, можно применять такое чувство восприятия действительности, как обоняние. К примеру: этот фильм пахнет потом. Ты чувствуешь, что он был сделан с трудом, в противоборстве с продюсерами и самим автором. А этот пахнет деньгами. Ради них сделан, ими же и умоется. Есть картины, сделанные как диагноз автора самому себе. От них пахнет клиникой. Ну, ощущения варьируются от крепкого запаха свежепойманной рыбы (как в неореализме) до амбре ароматизированных презервативов в молодежных комедиях.
Очень редко встречаются ленты со своим собственным запахом. Это веяние свежести. Ощущение желания сделать фильм похожий – и не похожий. Приятный – и трагичный. Собственно фильм, о котором думали, а не просто так слепили один эпизод с другим.
Таким оказался фильм «Табу» Мигеля Гомеса. Название картины – это не термин запрета. Это просто гора, которая так и называется. Она в Африке. Лента делится на две части – потерянный рай, наше время, Лиссабон, истинный рай – Африка, сороковые года прошлого века.